"Мы все – просто люди".

Вчера в Москве завершился фестиваль «Будем жить». В жюри короткометражного конкурса в этом годы был сценарист и режиссёр Алексей Камынин, автор комедии «Хандра», которая пару лет назад участвовала в конкурсе Кинотавра и Таллинского фестиваля, а потом была продана на HBO.

- Алексей, кто диктует правила жизни: семья или работа?

Не знаю, мне никто ничего не диктует.

- Но что важнее?

То же самое спросил недавно у коллеги, локейшен-менеджера Миши. И вот он ответил: «Ой, сколько вокруг людей, которые всё время ноют, что десять лет назад выбрали семью? А столько тех, кто жалеет, что выбрал карьеру? Одинаково». По моим наблюдениям, тоже одинаково. И если вы думаете, что я знаю какой-то особенный секрет совмещения работы и семьи, то… советую жениться на тех, с кем работаете.

- Надо ли стараться продолжать внедрять в нынешнее поколение «советскую классику»?

Я предложил бы, в принципе, отказаться от подобной риторики, и тем более – от того, чтобы что-то в кого-то внедрять. Мы же не политики. Но другое дело, что кино – это мощный инструмент кратчайшего донесения до широкой аудитории того, что с нами происходит. Это наше зеркало. И нашей страны. Поэтому мне, например, кажется важным преподавать «Кино» в школе, причем – с младших классов. Начинать нужно как раз с советского кино, конечно. Оно великое. Но вот потом… стоит показывать и современное российское кино, а потом и голливудское, и французское, и финское, и вообще – всё лучшее мировое. Ведь общение с мировым кинематографом – это обмен идеями, энергией, технологиями. Без этого обмена невозможно развиваться. Точнее, возможно, но далеко не так быстро, как можно было бы. Велик риск застоя.

- А с чего бы вы начали ребенка знакомить, на первом уроке «Кино»?

«Обыкновенный Фашизм». Михаила Ромма.

- На фестивале «Будем жить» вы в этом году - в жюри конкурса короткого метра. Как вам конкурс фестиваля? И как думаете, кто такой - «хороший режиссёр»?

Никогда не думал об этом… Но подозреваю, что самое сложное для любого режиссёра - снимать только то, что он на самом деле хочет снимать. Поэтому хороший режиссёр - тот, у кого это получается. А что касается конкурса «Будем жить», то он был очень интересный. Искренне поздравляю те смелые и актуальные фильмы, что мы отметили, а также призываю всех остальных участников не обижаться на нас, членов жюри. Мы все – просто люди.

- Перфекционизм Тарковского - или надо ли нам знать, каким он был человеком? И что важнее в этом случае: сам человек или то, что он создаёт?

Никакая цель не может оправдывать средства – в целом в жизни, а в кинематографе – особенно. Ведь искусство создается умом, талантом, фантазией, сердцем, но точно не кровью. По крайней мере – сегодня, когда любую преграду можно обойти, просто включив фантазию или здравый смысл. А что касается Тарковского, то не готов осуждать кого-то, кроме себя. Тем более, того, кто жил в другом времени и немного в другой стране.

Вторая важный вопрос тут – культура отмены, и стоит ли рассматривать художника отдельно от его произведения? Вуди Аллен, Майкл Джексон, Харви Вайнштейн... Судить могу только по тому, как получается у меня. А я люблю сами произведения искусства, а не их авторов. «Джоконда» не станет для меня лучше или хуже от того, что нового я узнаю про да Винчи.

- Но да Винчи не живёт с нами сегодня, а Вуди Аллен живёт.

Вуди Аллен стал мне менее интересен, как личность, в последние годы, это правда. Но его фильмы – нет. Более того, я стал их глубже понимать. Важно понимать: когда художник закончил своё произведение и сделал его достоянием общественности, она ему уже не принадлежит. Она принадлежит зрителям, которые уже сами решат, любить его или нет.

Вчера вот увидел возле блюз бара большую афишу «Майкл Джексон – лучшие песни! Трибьют», - и рядом – длинный список тех хитов и групп, которые, которые их будут исполнять. И, честно говоря, я испытал приятную радость от того, что те, кто хотят слушать и петь Майкла Джексона, могут делать это абсолютно свободно. Некоторые спросят, с чего это я вообще в этом сомневался, но этот разговор продолжать мы не будем.

И, к тому же, не будем забывать, что любое кино создаётся не одним только режиссером, но большой группой талантливых людей, каждый из которых что-то вкладывает в фильм. Как правило – очень многое. А я привык уважать чужой труд.

- Из чего родилась ваша комедия «Хандра»?

Мы с друзьями несколько лет снимали вместе квартиру в Москве – как и герои «Хандры» - и за это время у нас накопилось много историй из личной и творческой жизни. Сначала завели инстаграм-канал под названием «Хандра» и стали сами себя снимать в коротких скетчах, а потом поняли, что лучше будет всё-таки позвать на наши роли профессиональных актёров... Поехали на Селигер, сняли домик и стали писать сценарий, сшивая весь наш необыкновенный жизненный опыт в одно полотно. В перерывах смотрели матчи чемпионата мира по футболу. Помните такой?

- Лето вы, судя по всему, провели на фестивалях - с вашим дебютным документальным фильмом «Невидимое». Скажите, ходят люди на док?

Ну, вот на «Горький фесте» в Нижнем и в Москве, на «Докере», реально были полные залы. В Екатеринбурге, на «Одной шестой», было меньше половины зала, но там и фестиваль проводился впервые. Так что сегодня интерес к доку, очевидно, возрос. Но главное, что тут должен сказать: на каждом фестивале я видел в программе реально захватывающие документалки коллег. И оборачиваясь назад, в зал, очень жалел, что видел среди зрителей так мало представителей онлайн-платформ.

- А ваш док фильм, «Невидимое», - это же довольно резкий разворот! Ведь до него вы писали сценарий для одного из первых российских сериалов для Netflix, где режиссером был Эдуард Оганесян, а в главной роли – Александр Петров. Правда, выход этого проекта, я так понимаю, уже под вопросом?

Увидим! Но будем верить в лучшее.

- И всё-таки, после такого большого игрового проекта вдруг – такой резкий разворот к камерному доку. Зачем?

Может, устал жить в мире собственных фантазий? (Смеётся). А если честно, то один из моих любимых фильмов – это «Амадей» Милоша Формана. Я давно хотел тоже снять музыкальный фильм. Поэтому, когда мне позвонили из попечительского совета консерватории им. Глинки и предложили снять у них док на любую тему, я воспринял это, как счастливый шанс. Полетел в Новосибирск, стал ходить по коридорам и заглядывать в каждый класс – так и нашел всех будущих героев. А потом весь год прилетал в Новосибирск с операторами (Никитой Корневым и Виктором Мироненко), чтобы наблюдать за их жизнью.

- Чем они вас заинтересовали?

Каждый из них очень хочет добиться своей цели, и много для этого работает. В первую очередь - над собой.

- А вы сами что дальше будете снимать – документальное или игровое?

Спросил недавно об этом в сторис, у подписчиков: «Что вы мне дальше посоветуете снимать?» Восемьдесят процентов выбрали игровое, а двадцать - док. Вот и ответ. Но, честно говоря, планирую сделать всё, чтобы не подвести и те двадцать процентов.

- У российского кино есть будущее? Почему многие знаменитые режиссёры пренебрегают качеством картины? «Чем проще - тем лучше» может стать новым лозунгом нынешнего и будущего поколения?

Не понимаю, как это можно – вот так мазать всех одной краской? Если хотите серьёзного разговора, то нужно разбирать каждый конкретный случай в отдельности, а уже потом – делать какие-то выводы. Для этого надо посмотреть очень много фильмов, а я, видимо, не так много смотрю, как некоторые... Но вообще, должен сказать, что не знаю ни одного режиссера, который искренне не хотел бы снять самый прекрасный фильм на свете. По-другому невозможно, ведь там будет стоять его имя. Ну, а пока есть режиссёры, кому эти вещи важны, у нас и будущее есть.